Контроль и надзор в Казахстане, 2023 г.

Конец моратория

директор ИПП ЕУ СПб

исследователь ИПП ЕУ СПб

Старший исследователь Maqsut Narikbayev Institute for Network and Development, исследователь ИПП ЕУ СПб

ассоциированный профессор по эмпирико-правовым исследованиям им. С.А. Муромцева ЕУ СПб

_{^{Для цитирования: Кучаков Р., Бобриков Д., Серебренников Д., Скугаревский Д. Контроль и надзор в Казахстане, 2023 г. Конец моратория. Институт проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге совместно с Maqsut Narikbayev Institute for Network and Development при Университете КАЗГЮУ имени М.С. Нарикбаева. Астана, 2024.}}

_{^{Настоящее издание может свободно и без получения особого разрешения правообладателя распространяться в электронном виде при условии, что копирование и/или распространение не преследует целей извлечения прибыли, сохраняется указание имен авторов и правообладателя и не модифицируется, включая конвертацию в другие форматы файлов. Оригинальную электронную версию издания можно загрузить с сайта — mind.mnu.kz.}}

---

Введение

На сегодняшний день, по оценке Всемирного Банка, Казахстан является лидером по качеству регулирования среди сопредельных стран, включая экономических партнеров по СНГ и ЕАЭС. На протяжении прошлого десятилетия Казахстан демонстрировал устойчивый рост качества регулирования, но в последние несколько лет тренд на улучшение переломлен. Дальнейшая цифровизация контроля, расширение использования риск-ориентированного подхода, внедрение бесконтактных практик взаимодействия надзорных органов и проверяемых, клиентоориентированность государственных органов и расширение практики использования профилактического контроля вместо проверок, может способствовать возвращению положительной динамики Казахстана в международных рейтингах. Однако успех реформ будет зависеть от работы контрольно-надзорных органов и координирующей роли правительства Республики.

Однако в расчете на 100 зарегистрированных юридических лиц 2023 год стал годом минимального административного давления за всю доступную историю наблюдений.

В 2023 году закончился четырехлетний мораторий на проведение проверок в отношении субъектов малого бизнеса Республики Казахстан. В 2020-23 гг. произошло восстановление казахстанской экономики после пандемии COVID-19, а также реформирование системы контроля и надзора. Помимо существенных изменений правовой и цифровой инфраструктуры проверочной деятельности, за этот период произошло кратное снижение количества проверок и, как следствие, административного давления на экономических агентов. 2024 год является годом апробации достигнутых результатов реформы и проверки их на прочность. Мораторий является экстра- и временным управленческим решением, позволившим достигнуть наблюдаемого результата, но насколько изменилась внутренняя рутина ведомств, насколько глубоко внедрена система управления рисками при выборе объектов проверки и общая стратегия взаимодействия между контролером и поднадзорной организацией и не случится ли возврат к прежним показателям активности государственных органов, покажет именно новый 2024 год.

В настоящем отчете описывается деятельность всех органов страны в 2023 г. Институт проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге совместно с Maqsut Narikbayev Institute for Network and Development при Университете КАЗГЮУ имени М.С. Нарикбаева собрали доступные данные плановых проверок и профилактического контроля из Списка и графика проверок бизнеса на 2024 г., плановых и внеплановых проверок с информационного портала Комитета по правовой статистике и специальным учетам с 2015 по 2023 гг., а также извлекли дезагрегированные данные из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г., и объединили их в единую базу. Исследование позволяет узнать интенсивность этих мероприятий, их территориальное распределение, тип и способ проведения. Также представлено распределение проверок по ведомствам, отраслям и типам проверяемых субъектов.

Ключевые выводы исследования

_{Прогресс реформ}

• По оценке Всемирного Банка Worldwide Governance Indicators, в 2022 г. Казахстан ухудшил свои показатели качества регуляторной среды на 7 позиций и занял 101 место, уступив 47% индексируемых стран. При этом Казахстан остается абсолютным региональным лидером, опережая все сопредельные страны и партнеров по региональным экономическим объединениям.

_{Проверки / контрольные (надзорные) мероприятия}

• Административная нагрузка продолжает падать в абсолютном выражении и относительном (подушевой показатель на 100 действующих организаций). Несмотря на ограничения данных проверок 9 первыми месяцами года, можно утверждать, что 2023 г. стал годом наименьшего административного давления за наблюдаемую историю наблюдений.

• Мораторий на проведение плановых проверок показывает свою эффективность: в 2023 г. на девять внеплановых проверок пришлась лишь одна плановая.

• В 2023 г. во всех регионах Казахстана было проведено меньше проверок, чем за аналогичный период прошлого года.

• Интенсивность административной нагрузки существенно варьируется между регионами и достигает пятикратного размаха. Если в Астане количество проверок на 100 действующих организаций равно 2,1, то в Улытауской области — 11,1.

• Лидерами по снижению количества проверок в 2023 г. стало Министерство по чрезвычайным ситуациям и Комитет санитарно-эпидемиологического контроля Минздрава РК. Два ведомства радикально снизили число контрольных мероприятий на: 20 617 и 11 467 проверок, соответственно. Из наиболее активных контролеров лишь два центральных ведомства увеличили число проверок по сравнению с 2022 г.: Комитет медицинского и фармакологического контроля и Комитет управления земельными ресурсами, а также группа местных органов власти.

• В 2023 г. в среднем три из четырех проверок закончились обнаружением нарушения. Лидером стала Генеральная прокуратура — только одна из 10 проверок не обнаруживает нарушения обязательных требований. Среди 15 наиболее активных контролеров практически нет случая, чтобы уровень фиксации нарушений был ниже 50% — то есть, каждая 2 проверка «результативна». Это может свидетельствовать не столько о правильном выборе объекта проверки и высокой эффективности работы инспектора на месте, сколько о проблеме качества регулирования и обязательных требований, характерной для постсоветского пространства.

_{Проверяемые организации}

• При общем снижении числа проверок сохранился структурный дисбаланс по экономическим отраслям и формам собственности. Объекты социальной инфраструктуры и муниципальной формы собственности по-прежнему проверяли непропорционально часто. На 0,7% организаций в стране, которые можно определить как поставщиков общественных благ, находящихся в государственной собственности, приходится больше одной пятой — 22,5% — всех проверок.

• Ограничения контрольно-надзорных органов по проверке субъектов малого предпринимательства не носят абсолютного характера: половина всех проверенных организаций в 2023 г. были микро- и малыми предприятиями.

• Наблюдается устойчивый структурный дисбаланс в выборе организации для плановой проверки. Организации, ведущие деятельность в традиционно «бюджетных» секторах экономики: образование, здравоохранение, социальное обеспечение, являясь государственными организациями, непропорционально часто становятся объектами проверок. Таким образом, именно «бюджетные» организации, а не субъекты предпринимательства, является основным объектом административной нагрузки.

• Сопоставления распределений выявленных нарушений и планов проверок организаций на 2024 г. в разрезе экономической специализации, обнаруживает дисбаланс, что может служить косвенным сигналом о доминировании директивных решений над эмпирическим подходом к оценке риска.

• Существенная доля проверок концентрируется вокруг одних и тех же организаций и объектов проверки, образуя последовательные цепочки из контрольных мероприятий — т.н. «длящуюся» проверку. Так, в 2023 г. каждая седьмая проверка двух из наиболее распространенных видов контроля (пожарный и санитарно-эпидемиологический) была повторной. Если обратиться к данным за два года 2022–2023 гг., то почти 60% проверок указанных надзоров, пришлись на одни и те же объекты.

_{Рекомендации}

• Снижение административного давления:
  • Отказ от плановых проверок объектов, не принадлежащих к высокой степени риска, в пользу посещений в рамках профилактического контроля.
  • Замена проверок организаций социальной сферы на контактные виды профилактического контроля.


• Развитие риск-ориентированного подхода:
  • Ежегодная оценка практик назначения степеней риска на уровне ведомств. Оценка таргетирования контрольно-надзорной деятельности должна проходить с помощью анализа соотношения контрольных мероприятий, профилактических посещений с выявленными нарушениями и негативными событиями, произошедшими как на объектах контроля, так и на непроверенных объектах.
  • Уточнение «высокой» степени риска, чтобы определять наиболее опасные объекты надзора.


• Найти баланс между поиском новых нарушений, устранением старых и профилактикой:
  • Каждый элемент работы контрольного органа ресурсоемок. С одной стороны, можно провести много проверок и найти много нарушений, но для устранения каждого из них требуется повторный контроль за исполнением предписаний. Напротив, увеличение профилактического контроля заставит проводить меньше проверок и хуже контролировать устранение нарушений. Каждое ведомство должно сделать осмысленный выбор, учитывая специфику своей сферы надзора, распределение объектов по степени риска и стоимость одной проверки против стоимости профилактического контроля. Необходимо отказаться от универсальных решений.
  • Учет при расчете показателей административной нагрузки эффекта «длящейся» проверки — концентрации проверок на одних и тех же объектах.

Реформы и международная оценка

Правительство Республики Казахстан давно обращает внимание на вопросы контроля и надзора. Еще в 2013 г. была утверждена Концепция государственного регулирования предпринимательской деятельности до 2020 г. Одной из задач регулирования ставилась переориентация государственного контроля и надзора с выявления нарушений и наказания за них на профилактику и предупреждение. Ожидаемым результатом развития контрольно-надзорной деятельности называлось обеспечение наблюдаемости системы государственного регулирования путем ведения объективной и достоверной статистики, перевода в электронный формат лицензионно-разрешительной работы и полный охват автоматизацией систем управления рисками контрольных и надзорных органов, утвержденных совместными приказами с уполномоченным органом по предпринимательству.

Активное развитие риск-ориентированного подхода в Республике Казахстан началось в годы разработки Предпринимательского Кодекса (далее – ПК РК) в 2014-2015 гг. Как отмечают Асенова и др. (2016):

«До 2015 г. система оценки рисков применялась для плановых проверок, и отбор субъектов проводился на основе балльной системы, который рассчитывался по результатам предыдущих проверок. Все субъекты контроля в зависимости от набранных баллов распределялись по 3-м степеням (высокая, средняя и незначительная) риска и проверялись планово с соответствующей кратностью <…>. Таким образом, несмотря на отсутствие нарушений, субъект контроля все равно подвергался плановой проверке, но только с меньшей кратностью <…> С 2015 г., с момента вступления в силу ПК [РК], плановые проверки заменены особым порядком проведения проверок и выборочными проверками. При этом особому порядку контроля подлежат только субъекты высокой степени по 7 сферам, указанным в ПК [РК].»

Для достижения целей, заявленных в преамбуле ПК РК, были введены новые институты, понятия и концепции. В ст. 141 ПК РК определено, что «риском является вероятность причинения вреда в результате деятельности субъекта контроля и надзора жизни или здоровью человека, окружающей среде, законным интересам физических и юридических лиц, имущественным интересам государства с учетом степени тяжести его последствий». В этой же статье подчеркивается, что оценка риска контрольно-надзорными органами должна проходить «с целью минимально возможной степени ограничения свободы предпринимательства, обеспечивая при этом допустимый уровень риска в соответствующих сферах деятельности». Таким образом, на уровне основного кодекса были закреплены принципы сообразной и пропорциональной оценки рисков. Вместе с тем исследователи отмечали, что в ПК РК было предусмотрено множество исключений из общего порядка проведения проверок (финансовый, бюджетный контроль и т.п.) (Асенова и др. 2016).

Чтобы реализовать заложенные в ПК идеи, большое количество государственных реестров было автоматизировано и переведено в электронный формат. Это стало возможно благодаря государственной программе «Цифровой Казахстан». Она была утверждена в декабре 2017 г. для развития риск-ориентированного подхода в контрольно-надзорной деятельности с помощью развития систем интеллектуального анализа и прогнозирования на основе больших данных.

Через девять лет после принятия первой Концепции, в рамках утвержденного в 2021 г. Плана действий по реализации Концепции развития государственного управления в Республике Казахстан до 2030 года был подготовлен проект «Внедрение новой регуляторной политики в сфере предпринимательской деятельности в Республике Казахстан». Целью этого проекта называлось формирование максимально благоприятных и стимулирующих условий для активизации предпринимательской деятельности. Среди ожидаемых эффектов проекта стоит отметить создание оптимизированной сферы государственного регулирования на принципах доверия и снижения регуляторного давления, что впоследствии должно привести к увеличению количества действующих субъектов предпринимательства на 15% к 2030 году. Сопутствующий закон, реализующий идеи и планы данного проекта, был принят в конце 2021 года, а уже с 2023 года внедряется важная новелла — реестр обязательных требований в сфере предпринимательства. Тогда же ПК РК был дополнен ст. ст. 144-1, 144-2, 144-3, 144-4, вводящими новые формы контроля в дополнение к проверкам: профилактический контроль, контрольный закуп и расследование. Контрольно-надзорные органы получили возможность применять эти формы контроля с января 2023 г.

Однако основным инструментом регулирования контрольно-надзорной деятельности правительство Республики долгие годы считало мораторий на проверки. Еще в 2002 г. был введен первый мораторий на проверки субъектов малого предпринимательства на период с 1 января по 1 октября 2003, в 2008 г. — второй мораторий на период с 21 февраля по 31 декабря 2008 г., в 2014 г. — третий мораторий на период с 2 апреля по 31 декабря 2014 г. Наконец, в 2019 г. был введен четвертый мораторий на проверки и профилактический контроль и надзор с посещением с 1 января 2020 г. по 1 января 2023 г, но в конце 2022 г. мораторий был продлен до 1 января 2024 г.

На Рис. 1 представлен тренд проверочной активности государственных органов исполнительной власти Республики Казахстан за последние 9 лет. Он интересен, как минимум, в двух аспектах. Во-первых, очевидно, что мораторий на проведение проверок — это главный инструмент снижения административной нагрузки. Во-вторых, пандемия COVID-19 стала внешним шоком, который привел к долгосрочным изменениям в работе контрольных и надзорных организаций. Четырехлетний мораторий с 1 января 2020 по 1 января 2024 гг. привел к кратному снижению административной нагрузки. Это отражено в абсолютном выражении (см. Рис. 1) и в относительном с учетом изменения «базы» проверок — количества действующих в стране организаций (см. Рис. 2). В расчете на 100 зарегистрированных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей 2023 год стал годом минимального административного давления за всю доступную историю наблюдений.

Рис. 1. Общее количество проверок за период 2015–2023 гг.

Примечание: агрегированные данные проверок с 2015 по 2023 гг. взяты с Портала органов правовой статистики и специальных учетов. Данные организаций взяты из Перечня зарегистрированных юридических лиц, филиалов и представительств по регионам Республики Казахстан Бюро национальной статистики.

Рис. 2. Удельное количество проверок в 2015–2023 гг.

Примечание: агрегированные данные проверок с 2015 по 2023 гг. взяты с Портала органов правовой статистики и специальных учетов. Данные организаций и индивидуальных предпринимателей взяты из Бюро национальной статистики.

Казахстан является региональным лидером в рейтинге оценки качества регулирования Всемирного Банка (Regulation Quality, Worldwide Governance Indicators). В 2022 г. страна заняла в рейтинге 101 место, опередив все пограничные страны: Россию, Китай, Узбекистан, Кыргызстан, Монголию, Туркменистан, Азербайджан, Иран и страны, входящие в экономические объединения на постсоветском пространстве Союз независимых государств (СНГ) и Евразийский экономический союз (ЕАЭС).

На Рис. 3 представлена динамика позиции Казахстана в индексе Regulation Quality, на котором видна устойчивая тенденция роста с 2012 по 2019 г. Пандемия коронавирусной инфекции «COVID-19» негативно повлияла на оценку качества регулирования в стране, а наблюдаемые достижения реформы сферы контроля и надзора, в том числе, кратное снижение числа проверок, пока не нашли отражения во внешней оценке. Более того, в 2022 г. Казахстан потерял 7 позиций в рейтинге относительно предыдущего года.

Рис. 3. Динамика индекса качества регуляторной среды Всемирного банка (Worldwide Governance Indicators).

Примечание: данные индекса Regulation Quality взяты с сайта Worldwide Governance Indicators. Последний доступный год оценки качества регулирования — 2022. Пунктирной линией на графике отмечена дата утверждения концепции государственного регулирования предпринимательской деятельности до 2020 года.

Еще в 2020 году эксперты Организации экономического сотрудничества и развития в своем отчете о реформах в Казахстане отмечалии, что у проведенных реформ есть ряд перспектив для развития. Так, было уделено внимание самостоятельности министерств: «в результате [реформ] не только существенно растут затраты правительства на осуществление контроля, но и ограничивается самостоятельность министерств», ввиду чего была дана рекомендация о возможности «предоставлять министерствам больше самостоятельности и тем самым повышать уровень их компетентности, что поможет им лучше формулировать приоритеты политики и увеличивать свою эффективность, при этом оптимизируя систему контроля, основанную на отчетности и показателях результативности». К тому же, большое внимание было уделено контролю в сфере высшего образования и отмечено низкое качество внутренней институциональной системы контроля.

2024 год покажет, насколько устойчивой окажется институциональная среда, созданная в ПК РК и Концепции развития государственного управления в Республике Казахстан до 2030 года. Прекращение моратория на проверки приведет к их кратному росту, а от контрольно-надзорных органов и правительства, координирующих их деятельность, будет зависеть, удастся ли сохранить баланс между административным давлением и свободой предпринимательства.

Проверки в 2023 году

Информация о проверках в отношении юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, проводимых на территории Республики Казахстан, содержится в Едином реестре субъектов и объектов проверок (ЕРСОП) и представлены для публичного пользования в виде информационной системы «Списка и графика проверок бизнеса», содержащей данные плановых проверок и мероприятий профилактического контроля, а также информационных ресурсов «Портала органов правовой статистики и специальных учетов» и «Интерактивной карты проверок предпринимателей» Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной Прокуратуры Республики Казахстан.

Институт проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге совместно с Университетом КАЗГЮУ имени М.С. Нарикбаева собрали доступные данные плановых проверок и профилактического контроля из Списка и графика проверок бизнеса на 2024 г., плановых и внеплановых проверок с информационного портала Комитета по правовой статистике и специальным учетам с 2015 по 2023 гг., а также извлекли дезагрегированные данные из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г., и объединили их в единую базу.

Мы сопоставили данные из этих источников и дополнили их сведениями о проверенных организациях из «Перечня зарегистрированных юридических лиц, филиалов и представительств по регионам Республики Казахстан» Бюро национальной статистики и индивидуальных предпринимателях из «Реестра субъектов предпринимательства». Также мы использовали данные «Реестра государственных предприятий и учреждений, юридических лиц с участием государства в уставном капитале», для определения государственных организаций и компаний с государственным участием. Мы также обработали данные «Реестра саморегулируемых организаций», «Перечня налогоплательщиков, подлежащих мониторингу крупных налогоплательщиков» и «Перечня субъектов крупного предпринимательства — плательщиков корпоративного подоходного налога в республиканский бюджет, за исключением поступлений от организаций нефтяного сектора».

Для упрощения отображения в работе выборочные проверки и проверки по особому порядку объединены в одну категорию плановых проверок. Названия некоторых центральных органов исполнительной власти сокращены. Формальные наименования некоторых правовых категорий упрощены.

Территориальное распределение

Общее число завершенных плановых проверок с учетом уровня органа исполнительной власти составило, соответственно: Районный (1278), Городской (907), Областной (648), Республиканский (83). При этом число внеплановых проверок выше: Областной (18534), Районный (4404), Городской (4234), Республиканский (155). Примечательно, что распределение органов контроля, проводящих проверки, отличается в зависимости от их типа: Районный (43.8%), Городской (31.1%), Областной (22.2%), Республиканский (2.8%) для плановых и Областной (67.8%), Районный (16.1%), Городской (15.5%), Республиканский (0.6%) для внеплановых. Так, на областном уровне проводят больше всего внеплановых проверок, а на районном — плановых. Заметен сильный эффект моратория 2019-2023 г.. — на девять проведённых внеплановых проверок за первые 9 месяцев 2023 года пришлась только одна плановая.

Далее обратимся к территориальному распределению проверок. Первые пять регионов по числу плановых проверок за 9 месяцев 2023 г. (в скобках доля от всех проверок в стране): г.Алматы (14.8%), Акмолинская область (9.2%), Костанайская область (7.7%), г.Астана (5.9%), Жамбылская область (5.9%), Карагандинская область (5.7%), Павлодарская область (5.6%), Восточно-Казахстанская область (5.4%), Северо-Казахстанская область (5.3%), Западно-Казахстанская область (4.8%).

Первые пять регионов по числу внеплановых проверок за 9 месяцев 2023 г. (в скобках обозначена доля от всех проверок в стране): г.Алматы (13.9%), г.Астана (9.5%), Карагандинская область (7.1%), Восточно-Казахстанская область (6.4%), Костанайская область (5.8%), Акмолинская область (5.7%), Туркестанская область (5.5%), Актюбинская область (5.4%), г.Шымкент (4.1%), Западно-Казахстанская область (4.1%).

Поскольку доля проверок, приходящихся на регион, ожидаемо скоррелирована с его размером, следует перейти к относительному показателю нагрузки. На Рис. 4 представлена интенсивность проверочной активности контролеров в региональном разрезе, рассчитанная как соотношение общего количества проверок на 100 зарегистрированных юридических лиц в регионе. Карта показывает, что административная нагрузка распределена неравномерно и варьируется от региона к региону, достигая пятикратного разброса. Так, надзорные органы проводят 2,1 проверки на 100 организаций в Астане, но 11,1 — в Улытауской области.

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Данные организаций взяты из Перечня зарегистрированных юридических лиц, филиалов и представительств по регионам Республики Казахстан Бюро национальной статистики.

Тренды проверочной деятельности

Согласно отчетным данным Портала органов правовой статистики и специальных учетов, в 2023 г. было проведено 62 303 проверки против 101 673 в 2022 г. Таким образом, количество проверок год-к-году уменьшилось почти на 40%. Это минимальное число проверок за всю историю наблюдений, начиная с 2015 г., и включая годы действия четырехлетнего моратория и пандемии COVID-19.

В Казахстане с 1 января 2020 по 1 января 2024 действует непрерывный мораторий (Указ Президента № 229 и № 44) на проведение проверок и профилактического контроля в отношении субъектов малого предпринимательства (с широким перечнем изъятий). Мера была направлена на поддержку экономики, переживавшей последствия «ковидных» ограничений. С началом действия моратория количество проверок упало в три раза, с окончанием пандемии уже в 2021 г. наметилась коррекция тренда, но текущий 2023 год по числу проверок сопоставим с годом начала действия ограничений на проведение проверок 2020 г.

Интересно, что общая тенденция последних лет в сфере контроля и надзора Казахстана практически идентична процессам, происходящим в России (см. Кучаков, Скугаревский, 2023). С 1 января 2024 года мораторий заканчивает действовать, несмотря на это, по заявлениям представителей органов власти, не только не планируется возврат к «до-ковидным» показателям активности контрольных и надзорных органов, но ожидается дальнейшее снижение административного давления на бизнес.

Анализ данных проверок за первые 9 месяцев 2022 и 2023 г. показывает (см. Рис. 5), что во всех регионах Республики Казахстан наблюдается снижение числа контрольных мероприятий.

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Данные организаций взяты из Перечня зарегистрированных юридических лиц, филиалов и представительств по регионам Республики Казахстан Бюро национальной статистики.

Анализ на уровне отдельных ведомств позволяет отобразить структуру снижения числа проверок в 2023 г. (Рис. 6).

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Названия ведомств сокращены и упрощены.

При общей тенденции на снижение числа проверок, мы видим, что из наиболее активных контролёров всего пара центральных органов исполнительной власти — Комитет медицинского и фармацевтического контроля, Комитет по управлению земельными ресурсами, а также группа местных органов власти, — увеличила количество проверок по сравнению с аналогичным периодом 2022 г. Лидерами в абсолютном выражении по снижению числа проверок стали Министерство по чрезвычайным ситуациям (МЧС) и Комитет санитарно-эпидемиологического контроля Минздрава РК.

На Рис. 7 представлена медианная длительность проверки в ведомственном разрезе. «Средняя проверка» длится 5 дней, с учетом ведомственной специфики самые долгие проверки проводят органы прокуратуры — в среднем 37 дней, а самые короткие (1 день) — МЧС.

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Названия ведомств сокращены и упрощены. Длительность проверки рассчитывалась как разница между датой фактического окончания надзорного мероприятия и датой его начала.

На Рис. 8 представлен процент проверок, в рамках которых было обнаружено хотя бы одно нарушение. «В среднем» три из четырех проверок заканчиваются выявлением нарушения. Лидером является Генеральная прокуратура — только 1 из 10 проверок не обнаруживает нарушения обязательных требований. Среди пятнадцати наиболее активных контролеров практически нет случая, чтобы уровень фиксации нарушений был ниже 50% — то есть, каждая 2 проверка ведет к выявлению нарушений.

Это может свидетельствовать не только о высокой эффективности работы инспектора на месте, но и проблеме качества регулирования и обязательных требований, характерной для постсоветского пространства. Так, Московское управление Роспотребнадзора — санитарно-эпидемиологический надзор, как и в Казахстане, является одним из самых распространенных в стране, — обнаруживает нарушения при 70% проверок; Департамент санитарно-эпидемиологического контроля города Астаны в 2023 г. в — 73,1% случаях, а Департамент по делам потребителей правительства Нью-Йорка — только в 23,8% проверок (см. Скугаревский, 2019).

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Названия ведомств сокращены и упрощены.

В Таблице 1 представлено распределение проверок органов исполнительной власти, процент проверок от общего числа контрольных мероприятий и кумулятивный процент с нарастающим итогом.

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Названия ведомств сокращены и упрощены. Процент и кумулятивный процент проверок рассчитаны для каждого года.

Проверенные организации

Активней всего в 2023 г. планово проверяли проходили организации, ведущие следующую экономическую деятельность: (P) Образование (26%), (Q) Здравоохранение / социальное обслуживание (22.2%), (O) Гос. управление / оборона / соц. обеспечение (15.4%), (G) Оптовая и розничная торговля / ремонт автом. (7.7%), (K) Финансовая и страховая деятельность (5.8%), (C) Обрабатывающая промышленность (5.7%), (M) Профессиональная / научная деятельность (2.4%), (I) Услуг по проживанию и питанию (2.2%), (B) Горнодобывающая промышленность (2.1%), (E) Водоснабжение / сбор отходов (1.9%).

С внеплановыми проверками ситуация иная: (Q) Здравоохранение / социальное обслуживание (20.5%), (P) Образование (17.6%), (O) Гос. управление / оборона / соц. обеспечение (17%), (F) Строительство (7%), (G) Оптовая и розничная торговля / ремонт автом. (5.7%), (C) Обрабатывающая промышленность (4.4%), (L) Операции с недвижимым имуществом (4.1%), (J) Информация и связь (3.7%), (H) Транспорт и складирование (2.9%), (N) Административное обслуживание (2.4%).

При этом распределение экономических отраслей с учетом количества зарегистрированных организаций: (G) Оптовая и розничная торговля / ремонт автом. (26.5%), (F) Строительство (13%), (S) Предоставление прочих услуг (11.5%), (M) Профессиональная / научная деятельность (6.6%), (P) Образование (5.6%), (N) Административное обслуживание (5%), (C) Обрабатывающая промышленность (4.8%), (L) Операции с недвижимым имуществом (4.6%), (H) Транспорт и складирование (4.1%), (A) Сельское, лесное и рыбное хозяйство (3.8%). Графически диспропорция отражена на Рисунке 9.

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Данные организаций взяты из Перечня зарегистрированных юридических лиц, филиалов и представительств по регионам Республики Казахстан Бюро национальной статистики. Названия разделов Общего государственного классификатора видов экономической деятельности (ОКЭД) сокращены и упрощены.

На Рисунке 10 представлено распределение организаций, проверенных планово и внепланово, по разделам Общего классификатора видов экономической деятельности (ОКЭД).

Примечание: данные плановых и внеплановых проверок извлечены из Карты проверок предпринимателей за период с 2022 по сентябрь 2023 г. Данные организаций взяты из Перечня зарегистрированных юридических лиц, филиалов и представительств по регионам Республики Казахстан Бюро национальной статистики. Названия разделов Общего государственного классификатора видов экономической деятельности (ОКЭД) сокращены и упрощены.

Сопоставление данных проверок и данных о действующих организациях показывает и иную диспропорцию: 0,7% организаций в стране можно определить как поставщиков общественных благ, находящихся в государственной собственности, но на такие организации приходится почти четверть — 22,5% — всех проверенных субъектов (см. Рис. 11).